Исследование посвящено выборам в первый российский парламент среди представителей так называемого «туземного» и «инородческого» населения Российской Империи. Показано, что в условиях революционных событий 1905-1906 годов на высшем бюрократическом уровне для российского абсолютизма принципиальным был сам вопрос делегирования части законодательной инициативы избранным представителям общества. Отмечается, что под давлением администраций на местах - Туркестанского генерал-губернаторства и Кавказского наместничества - было принято решение доверить избирательное право в усеченной форме народам Кавказа (Кавказского наместничества), Туркестанского края (Семипалатинская области), Степного края и кочевым инородцам российских губерний и областей. Указывается, что сравнительный анализ официальной документации по выборному производству и материалов периодической печати на окраинах позволяет рассмотреть в деталях сам процесс первых выборов, его отличия и сходства по частям империи. Автор приходит к выводу, что предложенные центром правила выборов дали возможность людям, которые не связаны с местной администрацией, быть представленными своим народом в первой государственной думе. Анализ биографий кандидатов показал, что большее значение, нежели их политические взгляды, играл этнический фактор.
The study is devoted to the elections to the first Russian parliament among the representatives of the so-called “native” and “foreign” population of the Russian Empire. It is shown that in the conditions of the revolutionary events of 1905-1906 at the highest bureaucratic level for Russian absolutism, the fundamental issue was the issue of delegating part of the legislative initiative to elected representatives of society. It is noted that under pressure from local administrations - the Turkestan Governor-General and Caucasian Viceroyalty - it was decided to entrust voting right in a truncated form to the peoples of the Caucasus (Caucasian Viceroyalty), Turkestan Territory (Semipalatinsk Oblast), the Steppe Territory and the nomadic foreigners of Russian provinces and regions. It is indicated that a comparative analysis of official documentation on elective production and periodicals on the outskirts allows us to consider in detail the very process of the first elections, its differences and similarities in parts of the empire. The author concludes that the election rules proposed by the center made it possible for people who are not connected with the local administration to be represented by their people in the first State Duma. The analysis of the biographies of the candidates showed that the ethnic factor played a greater role than their political views.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.