scidialНаучный диалогNauchnyi dialog2225-756X2227-1295Limited Liability Company "Center for Scientific and Educational Projects" (CSEP)10.24224/2227-1295-2025-14-2-483-502scidial-6113Research ArticleИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИHISTORYГерманская научная диаспора за рубежом в 1933—1946 годах: механизм самоорганизации и инструменты взаимопомощиGerman Scientific Diaspora Abroad (1933-1946): Mechanisms of Self-Organization and Instruments of Mutual Assistancehttps://orcid.org/0000-0002-0890-8844РайнхардтР. О.ReinhardtR. O.

Райнхардт Роман Отмарови, кандидат экономических наук, доцент, доцент кафедры дипломатии

Москва

Roman O. Reinhardt, PhD in Economics, Associate Professor, Department of Diplomacy

Moscow

don.reinhardt@mail.ruhttps://orcid.org/0000-0003-0595-3831БуслаевГ. Н.BuslaevG. N.

Буслаев Георгий Николаевич, аспирант кафедры дипломатии

Москва

Georgy N. Buslaev, Postgraduate student, Department of Diplomacy

Moscow

buslaev.egor98@gmail.comМосковский государственный институт международных отношений (университет) Министерства иностранных дел Российской Федерации МоскваРоссияMoscow State Institute of International Relations (University) of the Ministry of Foreign Affairs of the Russian FederationRussian Federation202527032025142483502Copyright © Райнхардт Р.О., Буслаев Г.Н., 20252025Райнхардт Р.О., Буслаев Г.Н.Reinhardt R.O., Buslaev G.N.Данная работа распространяется под лицензией Creative Commons Attribution 4.0.This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.https://www.nauka-dialog.ru/jour/article/view/6113

Рассматривается процесс формирования германской научной диаспоры за рубежом после прихода к власти нацистов в 1933 году. Анализируются предпосылки масштабной эмиграции научных кадров из страны, прежде всего, принятие 7 апреля 1933 года закона о восстановлении статуса государственных служащих. Рассматривается уникальный исторический прецедент учреждения организации взаимопомощи научных работников, вынужденно оказавшихся в эмиграции, — Чрезвычайной ассоциации немецких ученых за рубежом. Делается акцент на значении личной инициативы видного патолога Филиппа Шварца и его ближайших соратников в создании названной структуры. Изучаются механизм и особенности ее работы, ключевые географические направления деятельности и международные связи. Проанализированы материалы специального архивного фонда британского Общества защиты науки и образования. Проведена оценка эффективности работы ассоциации за тринадцатилетний период ее существования — с 1933 по 1946 годы. Сделан вывод, что основанная Филиппом Шварцем организация сыграла важную роль в институционализации немецкой научной диаспоры в соответствующий период и помогла почти 1800 ученым спастись от преследования нацистских властей. Отмечена значимость наследия ассоциации не только как исторического эпизода, но и как одного из образцов успешного «научно-диаспорального строительства» в экстремальных условиях.

This article examines the process of forming the German scientific diaspora abroad following the rise of the Nazis to power in 1933. It analyzes the factors leading to the large-scale emigration of scientific personnel from Germany, particularly focusing on the enactment of the Law for the Restoration of the Professional Civil Service on April 7, 1933. The study highlights a unique historical precedent in the establishment of a mutual assistance organization for scientists who were forced into exile — the Emergency Association of German Scientists Abroad. Emphasis is placed on the significance of personal initiative by prominent pathologist Philipp Schwartz and his close associates in founding this organization. The mechanisms and characteristics of its operations, key geographical areas of activity, and international connections are explored. Materials from a special archival collection of the British Society for the Protection of Science and Learning are analyzed. An assessment of the association’s effectiveness over its thirteen-year existence — from 1933 to 1946 — is conducted. The findings indicate that the organization founded by Philipp Schwartz played a crucial role in the institutionalization of the German scientific diaspora during this period, aiding nearly 1,800 scholars in escaping persecution by the Nazi regime. The legacy of the association is noted not only as a historical episode but also as a model of successful “scientific diasporic construction” under extreme conditions.

научная диаспоранаучная дипломатияутечка умовистория ГерманииЧрезвычайная ассоциация немецких ученых за рубежомФилипп Шварцscientific diasporascientific diplomacybrain drainhistory of GermanyEmergency Association of German Scientists AbroadPhilipp SchwartzИсследование выполнено при финансовой поддержке Российского научного фонда, проект № 23-78-10136The study is supported by Russian Science Foundation, project number 23-78-10136ReferencesАвдашкин А. А. «Кто мы и где наша Heimat?» Этническая идентичность российских немцев на рубеже XX—XXI вв. (на материалах Челябинской области) / А. А. Авдашкин // Вестник археологии, антропологии и этнографии. — 2015. — № 1 (28). — С. 116—124.Allahverdyan, A. G. (2007). The Russian scientific diaspora as a component of national science at the turn of the XX—XXI centuries. Russian Chemical Journal, 3 (51): 99—107. (In Russ.).Авдашкин А. А. Этнос, диаспора, нация: соотношение понятий / А. А. Авдашкин // Известия высших учебных заведений. Уральский регион. — 2014. — № 4. — С. 59—69.Avdashkin, A. A. (2014). Ethnos, diaspora, nation: correlation of concepts. News of higher educational institutions. The Ural region, 4: 59—69. (In Russ.).Аллахвердян А. Г. Российская научная диаспора как составляющая отечественной науки на рубеже XX—XXI веков / А. Г. Аллахвердян // Российский химический журнал. — 2007. — № 3 (51). — C. 99—107.Avdashkin, A. A. (2015). “Who are we and where is our Heimat?” Ethnic identity of Russian Germans at the turn of the XX—XXI centuries. (based on the materials of the Chelyabinsk region). Bulletin of Archeology, Anthropology and Ethnography, 1 (28): 116—124. (In Russ.).Буслаев Г. Н. Российская научная диаспора в Германии в 1990—2010-е годы : пути формирования и особенности развития / Г. Н. Буслаев, К. А. Немудров // Научный диалог. — 2024. — № 3. — С. 308—330. — DOI: https://doi.org/10.24224/2227-1295-2024-13-3-308-330.Buslaev, G. N., Nemudrov, K. A. (2024). Russian Scientific Diaspora in Germany in 1990s— 2010s: Formation Paths and Development Features. Nauchnyi dialog, 13 (3): 308— 330. https://doi.org/10.24224/2227-1295-2024-13-3-308-330 (In Russ.).Дежина И. Г. Политика России по развитию сотрудничества с зарубежными учеными-соотечественниками / И. Г. Дежина // Экономика и прогнозирование. — 2012. — Т. 10. — № 2. — С. 9—24.Dezhina, I. G. (2012). Russia’s policy of developing cooperation with foreign scientists. Economics and forecasting, 10 (2): 9—24. (In Russ.).Дмитриев И. С. Ученые во времена Третьего рейха (карьерная траектория Питера Дебая) / И. С. Дмитриев // Социология науки и технологий. — 2019. — Т. 10. — № 3. — С. 7—28.Dmitriev, I. S. (2019). Scientists during the Third Reich (career trajectory of Peter Debye). Sociology of Science and Technology, 10 (3): 7—28. (In Russ.).Долгова Е. А. «Содействие у нас и защита у них» : советские комиссии обеспечения ученых как витринный проект в 1920—1930-е годы / Е. А. Долгова // Вестник Пермского университета. История. — 2022. — № 4 (59). — С. 62—71.Dolgova, E. A. (2022). “Assistance from us and protection from them”: Soviet commissions for scientists as a showcase project in the 1920s and 1930s. Bulletin of Perm University. History, 4 (59): 62—71. (In Russ.).Зевелева О. И. Миграционная политика и коллективная идентичность : опыт российских немцев в Германии / О. И. Зевелева // Полис. Политические исследования. — 2014. — № 6. — С. 114—126.Fischer, K. (1991). Die Emigration von Wissenschaftlern nach 1933. Vierteljahrshefte für Zeitgeschichte, 4 (39): 123—186. (In Germ.).Коробков А. В. Российская научно-технологическая диаспора в США [Электронный ресурс] / А. В. Коробков // Российский совет по международным делам. — 17.05.2012. — Режим доступа : https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/rossiyskaya-nauchno-tekhnologicheskaya-diaspora-v-ssha/ (дата обращения 05.12.2024).Grüttner, M. (2007). Die Vertreibung von Wissenschaftlern aus den deutschen Universitäten 1933—1945. Vierteljahrshefte für Zeitgeschichte, 1 (55): 535—549. (In Germ.).Миронова Е. М. Совет послов русского зарубежья / Е. М. Миронова // Международная жизнь. — 2011. — № 13. — С. 1—19.Korobkov, A. V. (2012). The Russian scientific and technological diaspora in the USA. Russian Council for International Affairs. 17.05. Available at: https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/rossiyskaya-nauchno-tekhnologicheskayadiaspora-v-ssha/ (accessed 05.12.2024). (In Russ.). Mironova, E. M. (2011). Council of Ambassadors of the Russian diaspora. International life, 13: 1—19. (In Russ.).Мозебах В. А. Японская «научная диаспора» в XXI веке : особенности самоорганизации и политика государства в отношении работающих за рубежом ученых / В. А. Мозебах, Р. О. Райнхардт // Научный диалог. — 2024. — № 2. — С. 449— 476. — DOI: https://doi.org/10.24224/2227-1295-2024-13-2-449-476.Mozebakh, V. A., Reinhardt, R. O. (2024). Japanese ‘Scientific Diaspora’ in 21st Century: Features of Self-Organization and State Policy towards Japanese Researchers Overseas. Nauchnyi dialog, 13 (2): 449—476. https://doi.org/10.24224/2227-1295-2024-13-2-449-476 (In Russ.).Райнхардт Р. О. Наука о дипломатии, для дипломатии, в дипломатии / Р. О. Райнхардт // Обозреватель—Observer. — 2015. — № 5. — С. 58—72.Reinhardt, R. O. (2015). Science about diplomacy, for diplomacy, in diplomacy. ObozrevatelObserver, 5: 58—72. (In Russ.).Рязанцев С. В. Эмиграция ученых из России : «циркуляция» или «утечка» умов / С. В. Рязанцев, Е. Е. Письменная // Социологические исследования. — 2013. — № 4 (348). — С. 24—35.Ryazantsev, S. V., Pisennaya, E. E> (2013). Emigration of scientists from Russia: “circulation” or “leakage” of minds. Sociological research, 4 (348): 24—35. (In Russ.).Стародубцев Г. С. Становление русской научной международно-правовой диаспоры в Берлине (20-е гг. XX столетия) / Г. С. Стародубцев // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия : Юридические науки. — 2014. — № 4. — С. 337—346.Starodubtsev, G. S. (2014). The formation of the Russian scientific international legal diaspora in Berlin (the 20s of the XX century). Bulletin of the People’s Friendship University of Russia. Series: Legal Sciences, 4: 337—346. (In Russ.).Турнаев В. И. Немецкие ученые в послепетровской России : встреча с действительностью / В. И. Турнаев // Вестник Томского государственного университета. Серия «История. Краеведение. Этнология. Археология». — 2005. — № 289 (декабрь). — С. 65—72.Turnaev, V. I. (2005). German scientists in post-Petrine Russia: a meeting with reality. Bulletin of Tomsk State University. The series “History. Local history. Ethnology. Archeology”, 289 (December): 65—72. (In Russ.).Fischer K. Die Emigration von Wissenschaftlern nach 1933 / K. Fischer // Vierteljahrshefte für Zeitgeschichte. — 1991. — № 4 (39). — Pp. 123—186.Zeveleva, O. I. (2014). Migration policy and collective identity: the experience of Russian Germans in Germany. Polis. Political research, 6: 114—126. (In Russ.).Grüttner M. Die Vertreibung von Wissenschaftlern aus den deutschen Universitäten 1933—1945 / M. Grüttner, S. Kinas // Vierteljahrshefte für Zeitgeschichte. — 2007. — № 1 (55). — Pp. 535—549.Grüttner M. Die Vertreibung von Wissenschaftlern aus den deutschen Universitäten 1933—1945 / M. Grüttner, S. Kinas // Vierteljahrshefte für Zeitgeschichte. — 2007. — № 1 (55). — Pp. 535—549.

The authors declare that there are no conflicts of interest present.