Богданова Ольга Владимировна, доктор филологических наук, профессор, кафедра культурологии, педагогики и искусств
ResearcherID: C-5907-2016
ScopusAuthorID 57219902824
Санкт-Петербург
Olga V. Bogdanova, Doctor of Philology, Professor, Department of Cultural Studies, Pedagogy and Arts
ResearcherID: C-5907-2016
ScopusAuthorID 57219902824
St. Petersburg
Предложена интерпретация ряда футуристических текстов поэта-авангардиста Сергея Третьякова, крайне редко привлекаемых к детальному филологическому анализу. На материале первого поэтического сборника С. Третьякова «Железная пауза» показано, что идейная убежденность молодого автора обостряла позицию его лирического «мы», взывая к самоотверженному служению всему новому и прогрессивному. Проанализирована динамика внедрения экспериментальных практик в поэзию «умеренного» (как принято считать) представителя литературного объединения «Мезонин поэзии», обнаруживающего острую склонность к художническому поиску и поэтической игре. Если ранее при обращении к поэзии Третьякова критики в основном ограничивались наблюдениями над новоязом поэта, приемами его словотворчества, то в данной работе выявлены тенденции поэтического живописания футуриста, использования в его стихотворном буквенном тексте зримых тактик живописи и графики. В контексте творчества радикальных футуристов-гилейцев показано, что в поэзию Третьякова активно входили стратегии совмещения вербального и визуального, активации роли и функции цвета, а также выстраивания графического абриса стиха («Веер», «Дорога»). Сделан вывод, что, вопреки кратковременному вхождению С. Третьякова в группу «Мезонин поэзии», к настоящему времени выявлено много материала, сформулировано больше оснований, чтобы числить поэта не среди эгофутуристов или центристов, но среди кубофутуристов-гилейцев.
his study offers an interpretation of several futurist texts by avant-garde poet Sergei Tretyakov that have rarely been subjected to detailed philological analysis. Drawing on materials from Tretyakov's first poetry collection, “Iron Pause,” it demonstrates how the young author’s ideological commitment intensified his lyrical “we” stance, calling for selfless service to all things new and progressive. The dynamics of experimental practices being introduced into the poetry of a so-called moderate member of the literary group “Mezzanine of Poetry” are examined, revealing a sharp inclination toward artistic exploration and poetic playfulness. While previous studies focusing on Tretyakov’s poetry primarily highlighted observations about neologisms and word creation techniques, this work identifies trends in poetic representation characteristic of futurists, such as visual strategies in graphic design and painterly tactics used within the verbal text itself. Within the context of radical Futurist-Gileans' creative output, it is shown that Tretyakov actively incorporated strategies combining verbal and visual elements, emphasizing color usage and shaping the graphic outline of verse (“Fan,” “Road”). It concludes that despite Tretyakov's brief association with the Mezzanine of Poetry group, there is now sufficient evidence to consider him not among egofuturists or centrists but rather among cubo-futurist Gileans.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.